«Давно я не садился и не писал», или Настоящий Хармс

Хармс и Татьяна Глебова позируют для домашнего фильма «Неравный брак». Фото П. Моккиевского. Начало 1930-х гг.

Произведение Даниила Ивановича Хармса «Давно я не садился и не писал» явно не было предназначено для публикации. Безусловно, каждый человек, в той или иной степени связанный с творчеством Хармса, прекрасно знает об увлечениях писателя и его образе жизни.

«Женщина — это станок любви», — говорит один из героев Хармса — Пушков — в произведении «Лекция о женщине».

Как говорит позже Пушков: «Я думаю так: к женщине надо подкатываться снизу. Женщины это любят и только делают вид, что они этого не любят».

Собственно, женская привлекательность, страстность и сексуальность — лейтмотив не только прозы (вспомните, к примеру, «Старуху», в которой нет ни одного слова «ЖЕНЩИНА», но есть «дама»), но и поэзии Хармса. Во всяком случае, во многих произведениях мелькает образ «страстных» хармсовских женщин. Безусловно, это женщины «на любителя». Даниилу Ивановичу нравились женщины без комплексов, «с формами». Опять вспомню Пушкова: «Мягкие и влажные». Вот такие дамы и устраивают Даниила Ивановича.

Возьмёмся всё-таки за моё любимое стихотворение на эту тему — «Жене». Приведу его полностью:

Давно я не садился и не писал
Я расслабленный свисал
Из руки перо валилось
на меня жена садилась
Я отпихивал бумагу
цаловал свою жену
предо мной сидящу нагу
соблюдая тишину.
цаловал жену я в бок
в шею в грудь и под живот
прямо чмокал между ног
где любовный сок течёт
а жена меня стыдливо
обнимала тёплой ляжкой
и в лицо мне прямо лила
сок любовный как из фляжки
я стонал от нежной страсти
и глотал тягучий сок
и жена стонала вместе
утирая слизи с ног.
и прижав к моим губам
две трепещущие губки
изгибалась пополам
от стыда скрываясь в юбке.
По щекам моим бежали
струйки нежные стократы
и по комнате летали
женских ласок ароматы.
Но довольно! Где перо?
Где бумага и чернила?
Аромат летит в окно,
в страхе милая вскочила.
Я за стол и ну писать
давай буквы составлять
давай дергать за верёвку
Смыслы разные сплетать.
3 января <1930>

Типичный хармсовский сюжет. Хармс получает удовольствие не только от самого действия (этого, казалось бы, уже хватило), но и от того, что вместе с ним счастлива его жена: она стонет, скрывается от стыда и обнимает его теплой ляжкой. Хармсу это доставляет ещё больше, и он, почувствовав на своих щеках «струйки нежные стократы», слушает «женских ласок ароматы». Добившись своего, Даниил Иванович вспоминает о том, что есть более важные дела (например, написать несколько стихотворений). Тут нельзя не вспомнить пирамиду Маслоу. Посмотрите сами: Хармс удовлетворил свои физиологические потребности и принялся сразу сочинять. И делает он это очень резко: то гений абсурда, казалось бы, «прямо чмокал между ног», то сразу же решает воскликнуть: «Довольно!». И это неспроста: Хармс, поглощённый страстной любовью, всё же помнит о предназначении ПИИТА!!! И, само собой разумеется, начинает «буквы составлять» и «смыслы разные сплетать».

Можно бесконечно говорить о любви Хармса к женщинам. Однако ясно точно: он не только таким образом удовлетворял свои сексуальные потребности, но и вдохновлялся женщинами.

В своём дневнике Хармс пишет: «Как я хочу женщину… Нет теперь женщин, способных влюбиться в меня с первого взгляда до такой степени, чтобы самой подойти ко мне и первой начать со мной знакомство!
Мне скучно без женщины, без влаги женских ласк» (15 июня)

Поэтому, дорогие дамы, вспоминайте о своих хармсах как можно чаще! И вы, мужчины, помните о Данииле Ивановиче. Если у вас не получается написать хорошее стихотворение, то пора бы уже задуматься: быть может, я делаю что-то не так?..

What is the difference between http://genericcialis-usa.com/cialis-vs-viagra.html ;?

1 комментариев для “«Давно я не садился и не писал», или Настоящий Хармс”

  1. Pingback: Женщины в жизни Даниила Хармса: Эстер Русакова

Добавить комментарий